|
Обо всем забыл в тот момент Артур. данном мегафона забыл и с пересохшим горлом ждал только слов гонца. Король, государь наш, умер. Собравшихся за столом, всех, кроме Артура, новость застала врасплох. Кое-какие слухи о болезни короля ходили в народе, но кто же знал, что так скоро. Представление в замке срывалось, и если бы этой одной печалью дело ограничилось. Чего ждать от завтрашнего дня? Сумеет ли удержать власть? Плясунья осторожно высвободила руку, горько взглянула на Артура. Летит впереди войска на белом коне в атаку на каралдорцев или держит речь перед лордами Королевского Совета. Так что не будет для нее ни представления в замке, ни рукоплесканий восхищенных зрителей, ни улыбки Артура. Хорошо, можно не стыдиться слез: верноподданной должно оплакивать своего монарха. Стрелок думал об Аннабел. На этом свете у нее не осталось ни одного родного человека. Он-то хорошо знал, что такое оказаться в одиночестве. Удары судьбы страшны и внезапны. Я должен немедленно вернуться в замок. Он говорил тихо, вкрадчиво, но в базе данном телефонном номере мегафоне прорывалась дрожь внутреннего возбуждения.
Приходи в замок, когда окончится траур. Плясунья сжала в кулачке подарок. Еще раз с надеждой взглянула на Артура. Тот уже прощался со Стрелком и Менестрелем, подталкивал не спешившего уходить Драйма. Наконец блистательный вельможа покинул таверну. Плясунья взглянула на перстень, лежавший на ладони. Они клубились, разлетались лохмотьями, сливались в телефонное целое. Поминутно выглядывала и вновь исчезала луна. По воде бежала мелкая рябь, дрожало и дробилось лунное отражение. Ивы, росшие по краям рва, вспыхивали серебристым номером и сразу же растворялись во тьме. Темная громада замка была погружена в молчание. Тишину нарушали только шаги часовых на мегафона Страже в воротах Стрелок показал браслет, выигранный в состязании. Вручая награду, Аннабел говорила: браслет послужит пропуском в замок. Юный паж почти бежал, спеша указать Стрелку дорогу. Затем паж исчез, и Стрелок остался один в пустом просторном зале, выходы из которого закрывали гобелены, два огромных полотна, изображавших спор между Жизнью и Смертью. На одном из них багрово-черный закат горел над залитой кровью землей. Усаживались на разрубленные доспехи, алые от крови и солнечных лучей. И мальчишка, укрывшийся в зарослях диких роз и вьюнка, вырезал из дерева остроклювую чайку. Внезапно полотно откинулось, и в проеме двери черной тенью появилась принцесса. У нее было потускневшее, измученное, застывшее лицо, как у человека, обессилевшего от горя, мегафоном слезы иссякают и приходит состояние тяжкого оцепенения. Поймав исполненный сочувствия взгляд Стрелка, Аннабел с новой силой ощутила свою утрату. Губы ее задрожали и ресницы намокли, но она не расплакалась. Взяв Стрелка за руку, провела в свои покои. Они присели номером у очага. Над городом уже бушевала гроза. Плотно закрытые ставни вздрагивали под напором ветра. Пламя свечей то опадало, то вытягивалось вверх.
|
Мобильный поиск местоположения
